nude man
Жнівень 9, 2017

“Латентных гомосексуалов в Беларуси много”. О гей-проституции от первого лица

Свои первые деньги за секс Арчи получил в 16 лет. Гей с 15-летним опытом продажной любви из Минска рассказывает о мужской проституции в Беларуси.

The-village

Мне было без пары дней 16 лет, когда я впервые взял деньги за секс.

За время работы у меня было что-то около 70 мужчин. Один раз было трое мужчин одновременно. Осталось странное ощущение: не могу сказать, что мне понравилось, но и не могу сказать обратного.

Мой первый клиент…

был двадцатилетним парнем. Несмотря на то что он был старше меня почти на пять лет, я все равно выглядел крепче его, был выше и более широк в плечах. Это его явно привлекало, но еще и стоит учесть тот факт, что мы были пьяными. Изначально он предложил с ним просто переспать. Я хотел его, он мне нравился. Он понял, что в моем возрасте редко кто отказывается от денег. И предложил заплатить. Страх был, но желание его перебороло. Я был не уверен в себе и своих знаниях. Мне хотелось сделать все хорошо, но не знал как. Поэтому было страшно и стыдно. Но стыдно было не от того, что я занимаюсь сексом за деньги. Сам факт того, что я с кем-то пересплю за деньги, меня никак не тревожил. Скорее, отсутствие симпатии со стороны парней сыграло свою роль.

В профессии я занимал позицию актива. Никогда вообще не был в пассивной роли. Клиенты находили меня на популярных гей-сайтах для знакомств. Когда я начинал, сеть была еще невелика, так что весь контингент был в одном месте. Сейчас очень много способов познакомиться с геем. Для этого существуют паблики, специальные приложения, сайты. Если есть Интернет, то это совсем не проблема.

В основном моими клиентами…

были мужчины от 20 до 27 лет. Чаще геи. Но иногда и в парах с девушками. Часто среди клиентов встречались семейные, у которых есть дети. Почему мужчины, у которых есть девушки и семьи, пользуются услугами гей-проституции? Многие геи просто не смогли найти себе того самого человека. Многих одолевает желание быть слабым в сексе, подчиняться. Такое чаще всего встречается у семейных. Это желание попробовать что-то новое, также проблемы с девушками в сексуальном плане играют роль.

Латентных гомосексуалов в Беларуси много…

Геев же очень много в Беларуси, думаю, что каждый пятый. Я знаю многих парней, которые хотят попробовать, но не могут из-за гомофобии.

Среди клиентов были и пенсионеры — мужчины за 60 и 70. Они имели семьи и дорогущие машины, стоимость которых равна хорошей трехкомнатной квартире. Был секс с очень известными людьми в Беларуси. Среди гомосексуалов довольно много людей в возрасте. На мой взгляд, примерно процентов 5–8 — в возрастной категории от 60 и выше.

Однажды я столкнулся с насилием со стороны клиента…

Отказал ему из-за возраста. Это был дед лет восьмидесяти. Он требовал от меня вещей, которые я не приемлю. Тогда он схватил меня за руку и попытался отвести в сторону. Я вырвался, а он схватил меня за волосы и пытался склонить к сексу насилием. Под страхом изнасилования я его ударил и убежал.

За день я мог обслужить максимум трех человек. На большее физически не хватало сил. Несколько раз приезжал в сауны, за такое платили больше. Выходило по 100 евро с каждого клиента. Можно было не только заработать, но и отдохнуть.

Моим личным рекордом…

было 900 евро за день. Это заработок от троих клиентов. Но это было не в Беларуси, тогда мы отдыхали с семьей за границей. Я был на седьмом небе от счастья.

Я из благополучной семьи. Есть мама, папа, младшая сестра. Деньги всегда были, и родители нам с сестрой ни в чем не отказывали. Однако я пошел в эту сферу именно ради заработка. Да, мне хватало денег, что дают родители. Но мне было приятно, что могу обеспечить себя сам. Я развлекался как только мог, всегда казалось, что деньги вот-вот закончатся. И знал, что могу всегда заработать тем, что пойду к клиентам.

О моей гомосексуальности знает только мама. Отец очень сурового воспитания, и он это не примет. Об опыте работы в проституции даже маме не говорил, несмотря на всю современность ее взглядов.

Легализация не нужна. Не стоит превращать это в работу

На ВИЧ проверялся…

каждые три месяца. Контрацептивами пользовался всегда. Когда клиент не хотел предохраняться, мы пользовались другими вещами для безопасности. К примеру, специальными таблетками ДКП. Но страх заразиться присутствовал всегда. Были в моей практике клиенты, которые в лоб говорили о том, что болеют чем-то, и я отказывал им еще до встречи.

Сейчас у меня есть любимый парень…

Я рассказал ему о своем прошлом, и он принял его без намеков и насмешек. Не общаюсь со старыми знакомыми, прекратил все связи с этим. Я не стыжусь прошлого, не жалею о нем, но и ворошить его не хочу. Это опыт, а всякий опыт полезен. Просто не хочу его вспоминать, да и делов-то.

Клиентов, которые кидали меня на деньги, не было ни разу. Порой даже давали больше, чем мы договаривались. Были такие клиенты, которые любили грубость, любили, когда их били и унижали. Приезжаешь к такому, а он уже стоит в атрибутике и ждет меня. Очень долго привыкал быть грубым. Я сам по себе очень добрый и милый, а тут приходилось орать, бить, обзывать и плеваться — неприятно это.

Как я отнесся бы к легализации проституции?

К работе вообще я отношусь спокойно. Это личное дело каждого. Не стоит лезть в чужую постель. Но легализация не нужна. Не стоит превращать это в работу.

Самый смешной случай в моей практике?

Я приехал к клиенту, а он оказался моим одноклассником. Это был последний год учебы в школе. После этого он сменил школу, но от секса со мной не отказался.

Было четыре парня, которые были моими постоянными клиентами. Многие мужчины признавались в любви, предлагали жить вместе и даже уехать за границу. Я сам никогда эмоционально не привязывался к клиентам и не рассказывал им про себя. Были даже те, кто готов был развестись с женами и жить со мной.

Помню весьма странные просьбы.

Например, был пожилой мужчина, который просил, чтобы я занялся сексом с его сыном у него на глазах. Сыну было около 17 лет, на такое я не согласился. Были также семейные пары, у которых, видимо, был кризис в отношениях, но в таком я тоже не участвовал.

Неоднократно сталкивался с угрозами в свой адрес. Но больше не с угрозами из-за того, что я жиголо, а из-за того, что гей. Угрожали избить и всем рассказать. Думаю, что нам нужно пережить то общество, что есть сейчас. Устои совка портят жизнь людям и не дают принимать других такими, какие они есть. Мир меняется, к происходящему в нем нужно относиться иначе. Хотя мне кажется, что дискриминация будет всегда.

Парням, которые идут в гей-проституцию, я бы посоветовал быть осторожными. Эта работа опасная. Здесь есть физический контакт с человеком, и невозможно предугадать, что может случиться в любую минуту. Всегда предохраняйтесь — каким бы хорошим ни был секс, он хорош тогда, когда безопасен. Но если хочешь трахаться ради заработка, все-таки найди нормальную работу и не иди в эту сферу.

Я хочу жить за границей…

 в большом доме с любимым мужем, сыном и большой собакой. Я очень люблю детей, но пока что к ним не готов. Ведь я очень коммуникабельный человек, увлекаюсь искусством, мечтаю стать искусствоведом. Для меня самое ценное в жизни — это люди, которые меня окружают и любят. Не думаю, что мои планы чем-то отличаются от планов других людей.