Рассказ секс-работника из Минска: «Как в фильме ужасов. Они держали меня силой, а я ничего не мог поделать»

Мы встречаемся в торговом центре. Денис (имя героя изменено) одет в бежевую матерчатую куртку и в тон ей брюки. Невысокого роста, тёмненький, с волевым подбородком, Денис ничем не выделялся бы из толпы, если б не его кроссовки ярко-розового цвета. Запястье украшает браслет из серых и чёрных камешков, а ухоженные ногти покрыты бесцветным лаком.

Секс-работе Дениса предшествовала история, которая сильно его травмировала.

«Дело не в дьяволе внутри»

Денис вырос в религиозной семье. Но самому Денису сложно уверовать в Бога – во имя Господа члены семьи пытались его перевоспитать, прибегнув к радикальным и унизительным методам.

— Узнал брат. Он взломал мою страничку, не постеснялся, показал родителям – и это был шок! Изначально никакого давления не было. Отец объяснил, что всё можно исправить. И начались всякие внушения: это неправильно, надо везде удалиться, от всех отказаться, перестать общаться… А потом… Потом они изгоняли из меня бесов, дьявола. Собирается вся наша церковь и молятся над тобой. Я на коленях, и они на коленях. Потом я сказал, что больше не буду и вернулся учиться. Но они раза три узнавали, что я согрешил, и опять изгоняли из меня бесов.

Достигнув совершеннолетия, Денис твёрдо решил не идти на поводу у родственников и оставаться самим собой.

—  Они мне: хорошо, ладно, можно мы приедем поздравить с Рождеством? А я тогда жил и учился в другом городе.  В итоге приехали, запихнули меня в машину и увезли.

Отобрали всю связь: паспорт, телефон. А семья у меня большая – семеро. Окружили меня и давай: ты псих, тебя надо лечить! Как в фильме ужасов. Они держали меня силой, а я ничего не мог поделать. То есть меня запихнули, как овощ какой-то, и мнения не спросили. И ещё смеялись надо мной, типа «что ты сделаешь»? Я им: я расскажу! А они: кому ты расскажешь, кто тебе поверит? И делали так, пока я не понял, что-либо соглашусь с ними, либо не отдадут телефон. А брат ещё постоянно бил. Они так делали до тех пор, пока не внушили мне это.

А может, дело совсем не в дьяволе, которого нужно изгнать?.. Одно время я хотел покончить с собой, но меня останавливало то, что я очень люблю свою маму, и она меня любит, хоть и консервативна.

В таком положении Денис провёл полгода: постоянно был под надзором родственников, ходил в Церковь, читал Библию, ездил в христианские лагеря. А потом поехал с братом на заработки в Москву.

— Я работал флористом. Пока с братом работали, общались нормально. А потом опять согрешил. И в итоге сказал, что теперь буду жить, как хочу. На тот момент были деньги, и родители уже не могли меня контролировать. Но деньги закончились, работы не было, надо было что-то думать. Ну и знающие люди сказали: у тебя внешность и всё такое, попробуй…

«Стандартный набор» и «обычные заказчики»

— Ну, я и попробовал. Не скажу, что понравилось, но деньги есть и действительно легко добываются. Занимаюсь этим не так давно, что-то около года, и нерегулярно. Обычно меня находят в «Хорнете», смотрят анкету, сами пишут, сами предлагают: давай встретимся, я тебе заплачу. Первый раз гадко было, но потом ещё раз, и ещё…

Сейчас Денис не считает свою деятельность ни хобби, ни необходимым заработком. Однако на гонорары периодически помогает семье и время от времени покупает себе красивые безделушки.

— Сто-сто пятьдесят долларов за ночь. Но вообще зависит от обстоятельств и конкретного человека – иногда это может быть и триста долларов. Если чел мне не нравится, могу сказать такую сумму, за которую можно и потерпеть. А вообще час – сто двадцать рублей, просто минет – шестьдесят. Обычно бывает стандартный секс, стандартный набор: «туда», «сюда», ласки, фетиши всякие, их много.

Первое время Денис даже подсчитывал свои «выезды», но потом перестал. На вопрос о возрасте заказчиков он уклончиво отвечает: от двадцати девяти лет.

— Заказчики – обычные, нормальные. Было как-то, что я приехал, а мне не заплатили. Я работал целую ночь, пять часов без отдыха, он должен был четыреста евро за особые пожелания – и ничего не заплатил. Это был для меня большой стресс. На самом деле, я не так опытен. Это кажется, что я много чего пробовал. Я всё-таки очень стеснительный человек, и в некоторые моменты сложно перебороть себя. Профессионалом себя не считаю.

О мечтах

— Хочу выучиться на дизайнера. Родители запретили, сказали, что мне это не нужно! Но на управлении процессом перевозок на железных дорогах мне стало скучно, учёбу бросил.

Хочу семью завести, с парнем, с другом, и уехать куда-нибудь – в Америку, например,  – усыновить детей. Хочу открыть свой магазин цветов и свой бренд одежды. Хочу трёхэтажный дом, с бассейном, футбольным полем, где будут играть мои дети, с огромной верандой, где мы будем собираться по вечерам. Хочу быть открытым, чтобы мог пройтись по городу со своим молодым человеком, и чтобы все понимали, что мы – пара.

О детях и любимом человеке Денис говорит безапелляционно:

— У меня есть племянники. А сам бы я хотел двух девочек и мальчика. Очень люблю девочек. А мальчик – ну, так, прикольно, будем на футбол ходить. Но я всё-таки рассчитываю, что мой молодой человек будет более мужественным, чем я. Чтобы он смог его воспитывать, на футбол ходить с ним, я, если честно, футбол вообще не люблю. То есть, я буду заниматься дизайном, а он – пускай какой-нибудь техник… Ну нет, не техник, не водопроводчик какой-нибудь – пусть бизнес ведет! Или если я буду слишком богатый, тогда пожалуйста – пусть работает, где угодно, а так – нет!

Об эмоциях и вредных привычках

На вопрос, когда последний раз плакал, Денис со вздохом отвечает:

— Вчера вот был ужасный день. Чувствовал себя никому не нужным, такой отходный материал – на один раз и всё. У меня есть друзья, но кажется, они не слишком искренние и за спиной обсуждают. И потом, я очень душевный человек – всё принимаю близко к сердцу. Очень неуверенный в себе. Иногда думаю: «какой я ужасный, какой страшный, какой некрасивый, вообще ни о чём, Боже». У меня нет отношений ни с кем, чтобы вот так прийти домой и тебя там кто-то ждал, и это сильно расстраивает.

А над вопросом, когда последний раз смеялся от души, он долго раздумывает:

— Не помню. Ну, когда встречаюсь с друзьями, может такое иногда произойти. Не курю, но выпиваю иногда. Хочу отказаться от пива – слишком вредит печени и живот растёт. Поэтому больше люблю виски, коньяк, ром, шампанское, вино. Один раз травка была, но ощущение я не понял: ну такое какое-то, не понял, в общем. Да я на тот момент и так пьяный был.

О счастье и страхах

— Счастье – это семья, любимая работа, которая приносит хороший доход. И здоровье!  А чего боюсь… Боюсь, что вот сейчас пока не готов умереть, боюсь смерти. Боюсь, что не смогу найти парня, с которым могу прожить всю жизнь и классно провести время. Боюсь, что родители меня никогда не примут. Мне страшно заболеть ВИЧ. Предохраняюсь, но всё равно бывают случаи…

О поколениях

— В моём поколении все эгоисты, слишком высокого мнения о себе, на понтах, на всех плевать. Хочется, чтобы были скромными, сдержанными. А старшему поколению хочу пожелать быть более снисходительными. И не хочу наигранности, в старших много наигранности. Нужно что-то менять в себе, чтобы они понимали: если у кого-то произошла такая ситуация, как со мной, чтоб не рубили концы, а попытались разобраться, что, как и почему.  Чтобы не было типа: ты – «такой», это плохо, иди лесом, ты нам никто!

И напоследок

— Родители всё равно ждут, что вернусь в Церковь, а я не вернусь. Но если честно, очень скучаю по Церкви. Я ведь в Церкви был музыкантом, у меня там своя группа была, в хоре пел, стихи читал. А я ведь и сам пишу. У нас там сцены огромные, до семи тысяч человек может сидеть в зале – и я перед ними.

Денис задумывается и заканчивает:

— Но ведь это может быть не только там. Мне всего двадцать – вся жизнь впереди.

 

Беседовал Виталий Гирон

Фото предоставлено героем материала